Придирчивый покупатель какой следующий

Придирчивый покупатель…

Бояркина Галина

Душа Иры Мельниковой стремилась к поэзии, как к глотку свежего воздуха в загазованном городе.
   А жизнь всё время привязывала к прилавку: то с продуктами, то с одеждой, а теперь вот — с обувью. Где-то она слышала, что в древней Японии это была самая низкая и неуважаемая профессия — торговец обувью. И в самом деле —  всё время ноги, ноги. Потные, полные или чрезмерно худые. Продавец униженно склоняется каждодневно что-то зашнуровывая, застёгивая или натягвая до боли в руках и грубых мозолей на тонких пальцах.   
   Ира уставала и от обуви и от покупателей.
   — Всё-таки возраст, — грустно замечала она.
   Сорок — это такая трагическая цифра, когда уже колосится урожай прожитых лет молодости и силы. На этой сороколетней ниве ничего глобального уже не происходит. Да и что может происходить в жизни одинокой сорокалетней продавщицы обуви? Была семья. Брак рухнул. Остался сын — один на двоих. Высокий, как папа, кареглазый, как мама, сын являл собой единственную неделимую радость. Но «радость» выросла и стремительно отдалялась. У «радости» было своё большое будущее, на которое Ирина почти не могла повлиять.
   Этой осенью, в самый разгар продаж, Ира как-то особенно грустила. Покупатели кружили по отделам, как стаи ворон — придирчивые и капризные до мнительности. Из этого летаргически-печального состояния вывел бодрый мужской голос. Голос принадлежал приятному седоватому мужчине среднего роста. Молоденькая напарница быстрым шёпотом просветила Ирину: «Это Виктор Алексеевич, работает здесь ЗАМом». Зам выбирал для себя зимние ботинки. Он был дотошным, как криминалист: не покупатель, а проклятье продавцов. Зимние ботинки выбирались мучительно, долго и безуспешно. Наконец, Ира предложила: «Если хотите, оставьте свой телефон. Как только будет новое поступление, я позвоню.» Он с радостью согласился. А через пару недель Ира, как обещала, позвонила. И тут началось.
Казалось, что Виктор Алексеевич готов обувь попробовать на вкус — лишь бы убедиться в её качестве. Он приводил то одного, то другого советчика: вначале — девушку-бухгалтера, затем своего коллегу и ещё, и ещё — непонятно кого.
   Кстати говоря, Ирину это нисколько не напрягало, а напротив — даже забавляло.

Придирчивый покупатель…

В каком-то смысле, она получала удовольствие, видя его в своём отделе. По-видимому, и сам Виктор Алексеевич включился в эту комическую игру «в покупку». Он вошёл во вкус и уже откровенно кокетничал с Ирой, хитро щурился и спрашивал:
   — А сколько стоят эти красивые сапожки?
   — Не очень дорого, — уклончиво отвечала Ирина.
   — А ты думаешь, я не могу подарить такие сапожки? — не унимался Виктор Алексеевич.
   — Не знаю, — ускользала она от ответа.
   — Ну а к сапожкам ведь ещё что-то нужно? А как ты думаешь —  что?
   — Ну, сумочку, наверное, — включалась она.
   — А ещё?
   — Не знаю.
   — А кому я всё это куплю?
   — Наверное, найдёте кому.
   Ира опускала глаза и диалог повисал в воздухе.
   Они интриговали друг друга, наращивали страсти. Он нравился Ирине. То ли потому, что у него была внешность, напоминающая ей кого-то близкого из прошлой жизни, то ли потому, что у него была очень приятная мужская улыбка с каким-то особым мягким, покровительственно-нежным взглядом сильного мужчины. Мужчины, который, если возьмёт за руку, то можно идти хоть с закрытыми глазами по самому краю пропасти. Такому не страшно доверить всю себя до капли — всецело. Такой не уронит, не расплескает, а если будет нужно, то защитит, пуская в ход клыки и когти.
   Утром в магазине тишина. Висят в предвкушении Нового года сверкающие гирлянды, ветки ёлочек, конечно же искусственные.
   Ирина склонила голову над испорченным кассовым аппаратом. Чьи-то шаги. Это идёт он. Она почувствовала его всем своим существом.
   — Что случилось? Чем ты так озадачена? — спросил он.
   — Лента почему-то не идёт.   
   — Может заправила неверно?
   — Нет. Всё верно.
   Он хотел приблизиться, но вовремя остановился. И правильно — это лишнее. Хотя, конечно, приятно. Потому что это проявление не знаков внимания, а внимание. Разница большая: в знаках внимания — холодный этикет, а во внимании — человеческая чуткость и забота, в каком-то смысле, даже сердечность.
   Виктор Алексеевич носил новые ботинки уже целый месяц и пока ещё не грозил возвратом. Сердце Ирины разрывалось от нежности к этому ужасно занудному и придирчивому человеку. Он входил в отдел, шутил, наполняя пространство какими-то особыми флюидами. Перед праздничными выходными поздравил её, осторожно касаясь руки. Ира — глаза вниз и прохладный ответ. А сердце стучало, прыгало как мячик в детском стишке. Флюиды невидимыми искрами кружились в воздухе, обволакивали тела, опутывали, дурманили…
   Окончились рождественские праздники. Виктор Алексеевич вошёл в отдел. Светлый бежевый пиджак, седые волосы безупречно подстрижены. Улыбнулся зеленоватыми глазами и протянул ту самую коробку из-под зимнх ботинок 44 размера, которые так мучительно долго выбирались. «Возврат обуви» — догадалась Ирина…
   В одно мгновение она пережила досаду, ярость и щемящую боль. Ей захотелось исчезнуть, самоуничтожиться, как скорпиону. Но уже через минуту самообладание вернулось. Опустила глаза, холодно взяла коробку и отнесла в подсобное помещение.. Выходить в отдел не хотелось. Не хотелось видеть его никогда в своей жизни. Никогда. Слёзы тяжёлым комом стояли в горле. Она села на табурет и мрачно опустила голову.
   Пришла хозяйка отдела. Ира рассказала о случившемся. Хозяйка была тяжеловесной армянкой лет пятидесяти. Говорила мало и с акцентом. Она тяжело вздохнула:
   — Прийдёт — отдай дэньги. А что сдэлать — начальник.
   Она открыла коробку.
   — А это что такой?
   — Где? -попыталась уточнить Ирина.
   — Вот, в коробка.
   — Так ботинки же, Виктор Алексеевич принёс…
   — Иди сюда, -позвала армянка. Ира послушно подошла.
   — Вот эта — что такой?
   Ира глянула и у неё зашлось сердце.
   В коробке лежали красивые сапожки на высокой шпильке и рядом открытка с короткой надписью: «С Новым годом, Ира!».
   Хозяйка осмотрела сапожки и хмуро спросила:
   — Размер твоя?
   — Мой, — тихо ответила Ира и заплакала.
   
   

   

© Copyright: Бояркина Галина, 2011
Свидетельство о публикации №211042100768

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Бояркина Галина

Рецензии

Написать рецензию

Другие произведения автора Бояркина Галина

Случаи, когда имущество может быть истребовано от последнего приобретателя и случаи, когда истребование невозможно

Содержание статей 301 и 302 Гражданского кодекса РФ

Вопросы истребования имущества из чужого незаконного владения регламентируются статьями 301 и 302 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которыми истребование имущества в судебном порядке у последнего покупателя имущества, приобретенного по возмездной сделке, может быть осуществлено в следующих случаях:

Если лицо является недобросовестным приобретателем, то истребование имущества возможно во всех случаях.

Если лицо является добросовестным приобретателем, то истребование имущества из чужого незаконного владения возможно лишь в случаях, когда такое имущество выбыло из владения собственника помимо его воли.

Другими словами, для того, чтобы последний приобретатель в судебном порядке не лишился имущества в порядке применения статей 301 и 302 Гражданского кодекса РФ необходимо одновременное соблюдение двух условий:

Во-первых, последний приобретатель имущества должен являться добросовестным приобретателем.

Во-вторых, выбытие имущества от первоначального собственника должно происходить по воле последнего.

Таким образом, обоснованность и законность изъятия жилых помещений от граждан в порядке применения статей 301 и 302 Гражданского кодекса РФ напрямую связана с такими понятиями как «добросовестность приобретателя», «недобросовестность приобретателя», «воля» и «выбытие помимо воли».

При этом признаки (критерии определения) вышеуказанных понятий в законодательстве не раскрыты.

Добросовестного приобретателя статья 302 Гражданского кодекса РФ определяет как лицо, которое при приобретении имущества не знало и не могло знать о том, что имущество приобретается у лица, которое не имеет права его отчуждать. При этом подобная формулировка не позволяет установить признаки (критерии), по которым можно было бы точно установить, что лицо знало или могло знать (или не знало и не могло узнать) о том, что имущество приобретается у лица, которое не имеет права его отчуждать.

Понятие «недобросовестный приобретатель» в законодательстве не раскрыто вообще.

Подразумевается, что недобросовестным приобретателем имущества является тот, кто по каким-то причинам не может быть признан добросовестным приобретателем.

Необходимо отметить, что статья 302 Гражданского кодекса РФ не является единственной нормой законодательства, в котором отражена попытка законодателя раскрыть понятие «добросовестный приобретатель».

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 22.04.1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» добросовестным приобретателем ценной бумаги является лицо, которое приобрело ценные бумаги, произвело их оплату и в момент приобретения не знало и не могло знать о правах третьих лиц на эти ценные бумаги, если не доказано иное.

Примечательно, что статья 302 Гражданского кодекса РФ в отличие от статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» не содержит слов «если не доказано иное», что неизбежно порождает дискуссию о том, кто должен доказывать добросовестность (недобросовестность) приобретения имущества, не являющегося ценной бумагой.

Как получить значки в Стиме. Значки в Steam

Судебная практика не только нижестоящих судов, но и самого Верховного Суда РФ в этом вопросе, как будет показано далее, единообразием до последнего времени не отличалась.

2.1.3. Воля на отчуждение государственного (муниципального) имущества и способы ее выражения государством, понятие «выбытие помимо воли» применительно к собственнику — государству

Как уже упоминалось, в соответствии с законом основанием для изъятия имущества у добросовестного приобретателя является установление факта утери, похищения или выбытие имущества из владения собственника иным путем помимо его воли.

Если изъявление воли гражданина можно установить на основании анализа совершенных им действий, то в отношении государства как собственника имущества применение такого подхода вызывает определенные затруднения.

Государство действует в лице многочисленных органов государственной власти и местного самоуправления, что порождает сложности в понимании юридического содержания понятий «воля государства», «выбытие помимо воли государства», а также порождает дискуссию о надлежащих способах выражения государством воли на выбытие имущества, так как сразу возникает ряд вопросов:

· Каковы признаки выбытия имущества из государственной (муниципальной) собственности помимо воли государства?

· Насколько понятие «выбытие помимо воли государства», которое является собственником имущества, тождественно понятию «выбытие в связи с недобросовестными (непрофессиональными, халатными и т.п.) действиями должностных лиц органов власти», на которых возложены функции осуществления полномочий собственника государственного (муниципального) имущества?

· Как применительно к понятиям «воля государства» и «выбытие помимо воли государства» рассматривать ситуацию, когда имущество выбывает из государственной собственности в результате незаконной приватизации, в оформлении которой принимали участие представители государства?

· Как применительно к этим же понятиям рассматривать ситуацию, когда имущество незаконно выбывает из государственной собственности на основании решения суда – органа государственной власти (впоследствии отмененного)? В том числе, когда речь идет о делах, к участию в которых был привлечен орган власти, осуществляющий полномочия собственника в отношении государственного (муниципального) имущества, не возражавший против удовлетворения соответствующих исков.

· Как рассматривать длительное несовершение юридически значимых обязательных действий в отношении пустующего жилого помещения – например, выморочного имущества (юридическое бездействие) со стороны уполномоченных представителей органа власти, осуществляющего полномочия собственника в отношении государственного (муниципального) имущества?

· Как, например, рассматривать такой частный случай, когда Департамент жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы, осуществлявший в свое время полномочия собственника в отношении городского жилищного фонда, в течение длительного времени (более трех лет) не совершал юридически значимых действий по обеспечению должного учета и сохранности соответствующих жилых помещений, что позволило в течение указанного периода незаконно закрепить вышеуказанные жилые помещения за псевдовоеннослужащими на основании договоров социального найма с последующей их приватизацией на основании судебных решений, а затем продать их третьим лицам (гражданам — добросовестным приобретателям)? Является ли описанное бездействие сотрудников Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы выражением согласия (воли) города на отчуждение спорных квартир?

И это только часть вопросов, ответы на которые в законодательстве отсутствуют.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 750; Нарушение авторских прав?;

Рекомендуемые страницы: