Региональные законы

Кодекс представляет собой систематизированный, единый, своеобразный законодательный акт. Закон же устанавливается в четко определенном правовом поле, и представляет собой свод норм, общественного или же экономического порядка. Другими словами, это определенные обязательные правила поведения в обществе, исключительно на территории четко определенной страны. Кодексы состоят из федеральных законодательных актов. Впрочем, по своей сути кодекс – свод федеральных законов, а посему, данные понятия можно назвать равнозначными.

Что имеет более значительную юридическую силу: кодекс или федеральный закон?

Что касается юридической силы, то оба понятия имеют существенную роль в формировании общей законодательной базы нашей страны. Давайте более детально углубимся в изучение самих понятий, чтобы понять важность и значимость, а также их взаимосвязь.

  1. Кодекс представляет собой единый, полноценный, систематизированный законодательный акт. В данном кодексе сочетаются все правовые нормы, которые изначально соотносятся к единой отрасли права. То есть, действуют данные законодательные нормы в четко определенном правовом поле.
  2. Закон – это свод правил или же норм, особенности поведения. Законодательный акт в своем составе имеет своеобразный перечень запретов, ограничений, а также всевозможных наказаний. Следует сразу же обратить ваше внимание на то, что законы принимаются исключительно в установленном конституцией порядке, и исключительно в соответствии с конституционными нормами. При этом, федеральные законы обладают высшей юридической силой, по отношению к иным, подобным законодательным актам, которые выпускаются в стране.

Особенности понятий

Итак, мы с вами определились, что высшей юридической силой наделяются федеральные законы, тем не менее, именно на основании таких законов и формируются кодексы, которые представляют собой своеобразный сбор законов, определяющих нормы поведения и взаимоотношения в четко определенном правовом поле. Также нужно обратить ваше внимание на существенное различие между юридическими и экономическими законами, которые создаются в стране.
Сказать, что кодексы важнее федеральных законов и наоборот – нельзя. Федеральные законы и кодексы представляют собой единую систему, которая формирует правовую основу государства. Таким образом, каждое из понятий имеет существенное значение, своеобразное влияние на формирование прав и правил, ограничений и наказаний, в пределах нашей страны.
Кодексы ежегодно пополняются новыми федеральными законами, так как структура нашего существования меняется, что и меняет правовые поля в определенных (четко ограниченных) вопросах. Так что, кодексы (своды законов) и федеральные законы – понятия равнозначные и взаимодополняющие.

Что выше указ президента или федеральный закон?
Конечно же, федеральный закон, так как указ считается подзаконным актом, при этом, указ не может противоречить понятиям законодательства. Чтобы лучше осознать все особенности…

Во сколько лет можно отдать ребенка в школу по закону?
В соответствии с ч. 1 ст. 67 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» ребенка отдать в школу можно в возрасте 6 лет и 6 месяцев. Тем не…

Чем отличается кодекс от закона?
Конституция РФ определяет верховенство закона. Все законы нашей страны считаются нормативно-правовыми актами государства, которые регулируют правоотношения и обладают высшей…

Как обратится в передачу человек и закон?
Легче всего обратиться в программу посредством специальной формы, которая опубликована на сайте — www.1tv.ru. Также вы сможет позволить в специализированный правовой центр…

Опубликовано13 апреля 2019 в 14:15

Характерная черта системы правовых актов — ее иерархическое строение, в соответствии с которым каждый акт занимает свою ступеньку на иерархической лестнице, находится в соподчиненности с другими актами, то есть соотношение актов характеризуется верховенством одних актов над другими. Акты обладают неодинаковой юридической силой, зависящей от места органа, его издавшего, в системе органов государства и его компетенции. Акты вышестоящих органов обладают большей юридической силой, акты нижестоящих органов должны издаваться в соответствии с ними, так как обладают меньшей юридической силой.

В соответствии с юридической силой нормативные правовые акты подразделяются на законы (законы РФ и законы субъектов РФ), подзаконные акты, международные договоры и соглашения, внутригосударственные договоры.

Законы

Законы РФ — нормативные правовые акты, принимаемые путем референдума или законодательным органом РФ и регулирующие наиболее значимые общественные отношения.

Высшую юридическую силу имеет «Конституция» РФ, принятая всенародным голосованием. Являясь законом, Конституция РФ — правовая основа законодательства РФ. Все остальные законы и иные правовые акты, принимаемые в РФ, не должны противоречить Конституции РФ.

Законы РФ принимаются в виде:

— законов РФ о поправках к «Конституции» РФ;

— федеральных конституционных законов;

— федеральных законов (в том числе кодексов).

Федеральные конституционные законы не могут противоречить Конституции РФ. Федеральные законы не могут противоречить не только Конституции РФ, но и федеральным конституционным законам.

К числу законов относятся также конституции республик, входящих в состав Российской Федерации, уставы иных субъектов РФ, а также законы, принимаемые законодательными органами субъектов Российской Федерации.

Подзаконные акты

Подзаконные акты — это нормативные правовые акты, издаваемые на основе и во исполнение законов. Они могут конкретизировать нормы законов, толковать их или устанавливать новые нормы, но при этом должны соответствовать и не противоречить законам. Подзаконные акты являются средством реализации законодательных норм.

Они, в свою очередь, также подразделяются на несколько видов в зависимости от положения и компетенции органа, издавшего подзаконный акт, и также имеют иерархическую структуру. Ведущая роль в системе подзаконных актов РФ принадлежит актам Президента РФ.

Акты Президента РФ принимаются в форме указов и распоряжений и не могут противоречить «Конституции» РФ и законам РФ. Нормативные правовые акты Президента принимаются, как правило, в форме указов.

Акты Правительства РФ принимаются в форме постановлений и распоряжений, которые не могут противоречить Конституции РФ, законам РФ, актам Президента РФ. Акты Правительства РФ имеют большую силу по отношению к актам федеральных органов исполнительной власти и актам местных органов. Нормативные правовые акты Правительства принимаются, как правило, в форме постановлений.

Акты федеральных органов исполнительной власти (так называемые ведомственные акты) издаются на основе и во исполнение не только «Конституции» РФ, законов РФ, указов Президента, но и постановлений Правительства РФ. Подзаконные акты субъектов РФ имеют свою иерархическую структуру и распространяются на все лица и иные субъекты права, находящиеся на территории соответствующего субъекта РФ.

Международные договоры

Международный договор — нормативный правовой акт, регулирующий отношения Российской Федерации с иностранным государством или международной организацией.

В соответствии с «Конституцией» РФ международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Внутригосударственные договоры

Внутригосударственный договор — нормативный правовой акт, регулирующий отношения между Российской Федерацией и субъектами РФ, а также между различными субъектами РФ по вопросам, представляющим для сторон взаимный интерес (разграничение предметов ведения и полномочий между РФ и субъектами РФ, совместная деятельность в экономической области и т.п.).

1.2. Иная официальная правовая информация

К иной (ненормативной) официальной правовой информации можно отнести:

— ненормативные акты общего характера;

— акты официального разъяснения;

— правоприменительные акты.

Акты общего характера, не являясь нормативными, создают серию правоотношений, в их исполнении участвуют многие субъекты, но они исчерпываются однократным исполнением (решение о проведении профилактических прививок, о строительстве завода и т.п.). Такого рода акты принимаются полномочными государственными органами.

Акты официального разъяснения действующих норм — это акты толкования «Конституции» РФ Конституционным Судом РФ, руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ и др. По вопросу правовой природы этих актов в научной литературе нет единства мнений. Одни авторы относят акты официального разъяснения к актам толкования, не содержащим новых норм, другие — к нормативным правовым актам. При этом не подвергается сомнению реальное значение указанных актов в обеспечении единообразного применения законов в судебной практике.

Правоприменительные акты — это индивидуально — правовые акты, принимаемые органами законодательной, исполнительной власти, судебными, прокурорскими органами, государственными инспекциями и т.д. Они относятся не к любому лицу, органу, организации (как нормативный акт), а к определенному, конкретному субъекту правоотношения, регулируемого данным актом (судебный приговор, решение о назначении пенсии, Указ Президента РФ о назначении на должность министра и т.д.).

1.3. Формы правовых актов

Существует зависимость формы акта от его нормативного содержания.

НПА принимаются (издаются) в форме законов, указов, постановлений, приказов, распоряжений, правил, инструкций, положений. Порядок подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти регулируется действующим законодательством. В соответствии с «Постановлением» Правительства РФ от 13.08.97 N 1009 «Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации» нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти издаются только «в виде постановлений, приказов, распоряжений, правил, инструкций и положений. Издание нормативных правовых актов в виде писем и телеграмм не допускается».

Однако данное правило в законотворческой практике иногда нарушается. Например, ЦБ РФ своим Приказом от 15.09.97 N 02-395 «О положении Банка России «О порядке подготовки и вступления в силу нормативных актов Банка России» «(п. 1.5» Положения) определяет перечень форм, в которых могут издаваться нормативные акты Банка России: указание, положение, инструкция. Это противоречит «Постановлению» Правительства РФ N 1009 в части отнесения указания к форме нормативного правового акта. Вместе с тем, в соответствии со «ст. 7» Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», нормативные акты Банка России должны быть зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти.

Минюст РФ в «»Разъяснениях» о применении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации», утвержденных Приказом от 04.05.2007 N 88, подчеркивает, что со дня вступления в силу «Постановления» Правительства РФ N 1009 НПА федеральных органов исполнительной власти издаются только в виде постановлений, приказов, распоряжений, правил, инструкций и положений. Акты, изданные в ином виде (например, указания), не должны носить нормативный правовой характер.

Ненормативные акты издаются в самых разных формах. Однако следует обратить внимание на следующее. По установившемуся положению, если акты изданы в форме законов, правил, инструкций, положений, то они являются нормативными. Тем не менее существуют исключения из этого правила. Так, в 1994 — 1996 гг. были приняты ненормативные акты в форме, традиционно присущей только нормативным актам, а именно: было принято 9 законов, регламентирующих материальное обеспечение и медицинское обслуживание отдельных семей погибших депутатов. Эти законы являются индивидуально — правовыми актами и не носят нормативного характера, так как они персонифицированы. Юридическая теория отрицательно относится к практике издания такого рода актов в форме законов.

2. Информация индивидуально — правового характера,

имеющая юридическое значение

Этот вид правовой информации отличается от официальной правовой информации тем, что исходит не от полномочных государственных органов, а от различных субъектов права, не имеющих властных полномочий, — граждан, организаций.

Правовую информацию индивидуально — правового характера, имеющую юридическое значение, можно подразделить на:

— договоры (сделки);

— жалобы, заявления, порождающие юридические последствия.

Общие черты этих актов:

— носят индивидуально — правовой характер,

— направлены на создание (изменение, прекращение) конкретных правоотношений.

Конкретный договор поставки заключается между двумя конкретными организациями, влечет определенные юридические последствия — устанавливает права и обязанности сторон договора, прекращается после исполнения условий договора. Иск, предъявленный конкретным гражданином к конкретной организации по определенному поводу, также порождает определенные юридические последствия.

3. Неофициальная правовая информация

Неофициальная правовая информация, представляющая собой материалы и сведения о законодательстве и практике его применения, отличается от официальной правовой информации и правовой информации, имеющей юридическое значение, прежде всего тем, что не влечет правовых последствий. Ее можно подразделить на следующие группы:

— материалы подготовки, обсуждения и принятия законов и иных нормативных правовых актов;

— материалы учета и систематизации законодательства (картотеки учета нормативных правовых актов, предварительные материалы подготовки собраний и сводов законов, неофициальные сборники нормативных правовых актов и т.д.);

— материалы статистики по правовым вопросам (статистические данные о состоянии преступности, правонарушениях и т.д.);

— образцы деловых бумаг;

— комментарии законодательства;

— научные, научно — популярные, учебные и иные труды по вопросам законодательства.

Неофициальная правовая информация, не являясь нормативной и порождающей правовые последствия, имеет тем не менее важное значение для эффективной реализации норм права. Так, мнения известных ученых, комментирующих, разъясняющих законодательство, представляют интерес как для специалистов, так и для широких кругов населения и используются при реализации, применении правовых норм.

Закон Санкт-Петербурга от 22.11.2011 № 728-132 «Социальный кодекс Санкт-Петербурга»

Закон Санкт-Петербурга от 26.12.2014 № 717-135 «О социальном обслуживании населения в Санкт-Петербурге»

Закон Санкт-Петербурга от 24.10.2000 № 542-63 «О порядке определения прожиточного минимума и потребительской корзины в Санкт-Петербурге»

Закон Санкт-Петербурга от 27.12.2013 № 761-135 «О потребительской корзине для основных социально-демографических групп населения в Санкт-Петербурге»

Закон Санкт-Петербурга от 27.05.2003 № 280-25 «О квотировании рабочих мест для трудоустройства инвалидов в Санкт-Петербурге»

Закон Санкт-Петербурга от 21.12.2010 № 721-167 «О дополнительных мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан по финансированию расходов, связанных с предоставлением специализированных услуг экстренной помощи «тревожная кнопка»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2014 № 1282 «О мерах по реализации Закона Санкт-Петербурга «О социальном обслуживании населения в Санкт-Петербурге»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2014 № 1283 «Об утверждении порядков предоставления социальных услуг поставщиками социальных услуг в Санкт-Петербурге»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 30.06.2016 № 530 «О размере платы за предоставление социальных услуг, порядке взимания платы за предоставление социальных услуг поставщиками социальных услуг в Санкт-Петербурге и внесении изменений в постановление Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2014 № 1283»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2014 № 1284 «Об утверждении норм питания в организациях социального обслуживания населения Санкт-Петербурга»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 18.06.2019 № 396 «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и для основных социально-демографических групп населения в Санкт-Петербурге за I квартал 2019 года»

Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 13.12.2019 № 900 «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и для основных социально-демографических групп населения в Санкт-Петербурге за III квартал 2019 года»

Распоряжение от 29.12.2016 № 466-р «Об утверждении рекомендуемых индивидуальных программ социального обслуживания получателей социальных услуг в разрезе форм социального обслуживания, видов социальных услуг и категорий получателей социальных услуг в Санкт-Петербурге»

Распоряжение Комитета по социальной политике Санкт-Петербурга от 27.01.2020 №36-р «О внесении изменения в распоряжение Комитета по социальной политике Санкт-Петербурга от 18.12.2017 №872-р «Об утверждении отраслевого перечня государственных услуг Санкт-Петербурга в сфере социальной защиты населения»

Распоряжение Комитета по социальной политике Санкт-Петербурга от 16.12.2019 №869-р «Об утверждении рекомендуемых индивидуальных программ социального обслуживания получателей социальных услуг»

Распоряжение от 12.12.2019 № 860-р «Об утверждении тарифов на социальные услуги, предоставляемые поставщиками социальных услуг в Санкт-Петербурге на 2020 год»

Распоряжение Комитета по социальной политике Санкт-Петербурга от 01.07.2019 № 405-р «Об утверждении Порядка межведомственного взаимодействия Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения «Центр организации социального обслуживания» при реализации полномочий по признанию граждан нуждающимися в социальном обслуживании и составлению индивидуальной программы предоставления социальных услуг»

Распоряжение от 08.10.2020 № 2234-р «О внесении изменений в распоряжение Комитета по социальной политике от 14.04.2017 № 181-р «Об утверждении отраслевых технологических регламентов оказания государственных услуг в сфере социальной защиты населения, предоставляемых в полустационарной форме»

Виды законов могут выть выделены по разным основаниям.

Законы в Российской Федерации делятся на две группы: законы, принимаемые на федеральном уровне и законы субъектов Российской Федерации.

К сфере регулирования исключительно законом, принимаемым на федеральном уровне, относятся следующие вопросы:

  • основные права, свободы и обязанности человека и гражданина, способы их охраны, юридическая ответственность и иные меры принуждения по отношению к гражданам;
  • общие вопросы федеративных отношений в Российской Федерации; порядок выборов Президента Российской Федерации и Государственной Думы, формирования Совета Федерации, их правовой статус;
  • порядок ратификации и денонсации международных договоров Российской Федерации;
  • правовые основы экономического, социального и экологического развития Российской Федерации;
  • правовое положение средств массовой информации; порядок формирования и расходования федерального бюджета;
  • федеральные налоги и сборы;
  • общие вопросы национальной безопасности;
  • порядок введения режима чрезвычайного и военного положения;
  • уголовная ответственность и уголовный процесс, порядок исполнения уголовных наказаний;
  • судоустройство, прокурорский надзор, адвокатура.

Законом могут регулироваться и иные вопросы, если они в соответствии с Конституцией России, законами должны регулироваться законами.

Виды федеральных законов. Федеральные законы неодинаковы по своему содержанию, объему и предметам правового регулирования, по соотношению с иными нормативными актами.

В системе нормативных правовых актов любого государства особое место занимает конституция. Особенность конституции состоит в том, что в ней закрепляется баланс социальных интересов, формулируются основополагающие положения, которые должны служить консолидации общества. Конституция – это акт, обладающий высшей юридической силой и регулирующий основы организации государства и общества, а также основы взаимоотношения государства и гражданина. Конституция обладает учредительным характером. Это ее свойство проявляется в том, что ее предписания выступают в качестве первоосновы, определяют содержание абсолютно всех иных нормативных правовых актов государства.

Особенности конституции предопределяется также тем, что она создается особым субъектом – народом, который в демократическом государстве является единственным источником власти и носителем суверенитета. Именно народ обладает правом принимать конституцию и посредством ее учреждать те основы общественного и государственного устройства, которые он выбирает.

Помимо юридической сущности конституция имеет и социально-политическую сущность. Это проявляется в том, что конституция демократического государства – итог социального компромисса. Она отражает социальное согласие представителей разных политических интересов. Это свойство не присуще иным нормативным актам. Косвенно оно сказывается на меньшей требовательности и слову и форме данного акта. Он имеет некоторый пафос и несет эмоциональную нагрузку, что запрещено для иных нормативных актов.

Конституция имеет политические содержание. В ней закрепляются форма государственного устройства, система органов государственной власти, основы взаимоотношений между гражданами и государством, между элементами политической системы.

Предполагается, что термин «конституция» происходит от латинского слова «constitutio» — «устанавливаю», «учреждаю». Конституции в современном смысле этого возникли в конце ХV111 в. Первая конституция, действующая до настоящего времени, появилась в 1787 г. в США. В 90-е годы Х111 века были приняты конституции во Франции (1791 и 1793 гг.) и Польше (1793 г.). Сегодня большинство стран мира имеют конституции.

Конституция — это особый акт в правовой системе государства. Она обладает высшей юридической силой и регулирует основы организации государства и общества, а также взаимоотношения государства и гражданина.

Конституция обладает учредительным характером, что проявляется в том, что она выступает первоосновой, ее положения являются фундаментом, основанием для всех правовых норм страны, а также создают систему государственных органов.

Основополагающим юридическим свойством конституции является ее верховенство в системе нормативных правовых актов. Это означает, что любой правовой акт должен соответствовать конституции. Конституция должна обеспечивать целостность, единство, непротиворечивость всей системы правовых актов.

Конституция имеет особый предмет правового регулирования — наиболее важные общественные отношения. Она учреждает основные институты государства, статус гражданина и тем самым влияет на содержание всей правотворческой деятельности. В конституции устанавливается система правовых актов, определяется их предмет и порядок принятия.

Керимов Д.А. отметил следующие отличительные признаки Основного закона: «Конституция… является наиболее общей, стабильной, юридической базой, незыблемым основанием для всех текущих законов, указов, постановлений, распоряжений, приказов, инструкций и решений, издаваемых соответствующими органами государственной власти и управления на основе и в полном соответствии с Конституцией СССР».

Таким образом, под конституцией в любой стране понимается основной закон государства, имеющий высшую юридическую силу и регулирующий наиболее важные общественные отношения: объем прав и свобод человека и гражданина, устройство общества и государства, механизм осуществления государственной власти и местного самоуправления.

Первая Конституция в России была принята в 1918 году. Затем — 1925, 1937 и 1978 гг. Несмотря на ряд отличительных моментов, они имели много общего, так как исходили из тезиса о преимуществе социализма как общественной системы, закрепляли приоритет государственной формы собственности, планово-регулируемой экономики, систему советов народных депутатов и построены на принципе демократического централизма. Действующая Конституция Российской Федерации была принята 12 декабря 1993 года всенародным голосованием (референдумом).

Российская Конституция, как по форме, так и по содержанию, существенно отличается от своих предшественниц. Так, приоритет прав и свобод человека, как основной принцип правового государства, выразился в том, что соответствующая глава в тексте Конституции предшествует главам об органах государственной власти.

Данное схематичное изложение предпринято нами в целях воссоздания систем, законов, тогда как многие из их не затрагивают гражданско-правовых отношений.

Мы рассмотрим следующие виды федеральных законов: законы Российской Федерации, федеральные конституционные законы, обычные федеральные законы, кодексы, основы, федеральные законы о ратификации международных договоров.

Закон Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации — это особый акт, имеющий и содержательные и процедурные отличия. Данному виду актов посвящен Федеральный закон «О порядке принятия и вступления в силу поправок в Конституции Российской Федерации». Отметим особенности порядка принятия данного акта. Круг лиц и органов, имеющий право вносить такого рода акты в Государственную Думу гораздо уже, чем для иных законов. Законом РФ можно вносить поправки только в главы 3-8 Конституции России. Особенностью данного закона является процедура его одобрения субъектами Российской Федерации. Принятая поправка подлежит внесению в текст Конституции Президентом РФ. Президент РФ в месячный срок со дня вступления в силу закона в поправке осуществляет официальное опубликование Конституции РФ с внесенными в нее поправками, а также с указанием даты вступления в силу соответствующих поправок.

Подобных законов пока нет. Отметим лишь, что вопрос об изменении Конституции РФ относится к числу тех, которые не теряют своей актуальности. Интерес к ним не постоянный, но в пике политической активности чаще всего происходит и всплеск дискуссий об изменениях текста основного закона. Отметим лишь, что высказанные положения об изменении Конституции пока не касались переопределения форм регулирования гражданско-правовых отношений.

Рассмотрим федеральные конституционные законы. Данные законы принимаются для регулирования наиболее важных общественных отношений, прямо указанных в Конституции России. Значительную группу федеральных конституционных законов составляют акты о статусе важнейших государственных институтов и органов. Это законы о Правительстве, об Уполномоченном по правам человека, о Конституционном Суде РФ, и некоторые другие. Другая разновидность конституционных законов регулирует государственно-правовые состояния. Например, закон об условиях и порядке введения чрезвычайного и венного положения на территории Российской Федерации.

С помощью федеральных конституционных законов может изменяться состав Российской Федерации, регламентироваться принятие в Федерацию новых субъектов и решение других вопросов федеративного строительства.

Федеральные конституционные законы в соответствии со ст. 76 Конституции России имеют верховенство над федеральными законами.

Конституционные законы принимаются в особом порядке. Принятие конституционных законов требует квалифицированного большинства. Для его принятия необходимо большинство не менее трех четвертей от общего числа членов Совета Федерации и не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Государственной Думы. Сегодня действует целый ряд федеральных конституционных законов, например, «О судебной системе Российской Федерации” от 31.12 96 № 1,»О Конституционном Суде Российской Федерации” от 21.07.94 № 1 и другие.

Страшун высказывается по вопросу о том, какие вопросы могут регулироваться федеральными конституционными законами: «значительная часть правоведов склонна толковать ч. 1 ст.108 Конституции таким образом, что исключается возможность принятия федеральных конституционных законов по вопросам, не входящим» в статьи, прямо предусматривающие соответствующее регулирование. «Правильной представляется позиция, согласно которой по конституционным вопросам, вошедшим в приведенный перечень, Федеральное Собрание обязано принимать федеральные конституционные законы, а по остальным вопросам может это делать, если считает, что они имеют конституционный характер».

Федеральные конституционные законы непосредственно не относятся к формам гражданского права, однако опосредованное воздействие они оказывают. Так, например, при помощи федеральных конституционных законов урегулирована организация и деятельность судебных органов, которые могут рассматривать гражданско-правовые споры, споры в сфере экономики.

Наиболее многочисленную группу составляют федеральные законы.

Федеральные законы регулируют вопросы статуса государственных органов, объединений граждан, категорий населения, демократических институтов. Например, Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», «О военных судах Российской Федерации».

Значительно число тематических федеральных законов, посвященных регулированию отдельных сфер государственной и общественной жизни, тех или иных видов деятельности. Например, Федеральный закон «О порядке внесения поправок к Конституции Российской Федерации», «Об акционерных обществах», «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В системе федеральных законов выделяют отдельные разновидности. Так, по порядку разработки и месту в правовой системе выделяют законы текущие и кодифицированные (кодексы).

Федеральные законы о ратификации и денонсации международных договоров Российской Федерации принимаются в соответствии со статьей 106 Конституции России. Эти законы отличаются своим наименованием, процедурой принятия. Посредством принятия этих законов они включаются в отечественную правовую систему. Тексты международных договоров в форме законов публикуются в Бюллетене международных договоров. В соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции России ратифицированные международные договоры имеют приоритет над внутренним законодательством. Таким образом, документ, являющийся по форме федеральным законом, имеет верховенство над иными федеральными законами.

Возможность данного вида закона для регулирования гражданско-правовых отношений исключительно велика. Международные договоры Российской Федерации, выступление в конфедерации сказываются на внутригосударственных гражданских отношениях.

Закон субъекта Российской Федерации – нормативный правовой акт, принимаемый законодательным (представительным) органом субъекта Российской Федерации в соответствии с Конституцией РФ и федеральными законами, конституцией или уставом субъекта Российской Федерации и регулирующий основные вопросы государственного, экономического и социального развития, находящиеся в ведении субъекта Федерации и в совместном ведении. Такого рода акты должны соответствовать федеральным законам в данной сфере. Например, на федеральном уровне принят Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». На основании данного закона и в соответствии с ним большинство субъектов Федерации приняли свои акты, в частности, Закон Рязанской области «О местном самоуправлении в Рязанской области». Основная сфера регулирования данных актов – предметы ведения субъектов Федерации и, соответственно, они не могут регулировать гражданские правоотношения.

Керимов Д.А. Источники советского социалистического права. канд. дисс. — Ленинград, 1950. С. 226.

СЗ РФ. 1998. № 10. Ст. 1146.

Собрание законодательства Российской Федерации от 6 января 1997 г. № 1. Ст. 1.

Страшун Б.А. Конституционное право России, его источники и структура.// Журнал российского права. 1997. № 4. С. 4.

Страшун Б.А. Конституционное право России, его источники и структура.// Журнал российского права. 1997. № 4. С. 4.

Собрание законодательства Российской Федерации от 28 июня 1999 г. № 26. Ст. 3170.

Собрание законодательства РФ от 9 марта 1998 г. № 10. Ст. 1146.

Собрание законодательства РФ от 1 января 1996 г. № 1. Ст. 1. (с изм. от 13 июля 1996 г., 24 мая 1999 г.)

Собрание законодательства РФ от 16 февраля 1998 г. № 7. Ст. 785 (с изм. и доп.).

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 349.3

Юридические науки

Выпуск 3 (5)

СИСТЕМА ПРАВА И СИСТЕМА ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О СОЦИАЛЬНОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ (К ВОПРОСУ О КОДИФИКАЦИИ ОТРАСЛЕВОГО ЗАКОНОДА ТЕЛЬСТВА)

Ю.В. Васильева

Кандидат юридических наук, доцент кафедры трудового права и социального обеспечения

Пермский государственный университет. 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15

Анализируются вопросы соотношения системы права и системы законодательства о социальном обеспечении. Оценивается роль субъективного фактора в формировании системы права. Решение этих вопросов имеет практическое значение для кодификации отраслевого законодательства.

Ключевые слова: право социального обеспечения;

Вопросы соотношения системы права и системы законодательства всегда находились в центре научных дискуссий. В советский период состоялись три всероссийские конференции, посвященные, в частности, этим вопросам . Они обсуждаются и по сей день, причем затрагивается не только теория права, но и отраслевые науки. Решение этих вопросов особенно важно при подготовке кодификационных работ, поскольку системность законодательства немыслима без разрешения этих фундаментальных вопросов. Профессор А.А. Ушаков уделял большое внимание проблемам системы и структуры права, кодификации законодательства. В ряде работ он исследовал вопросы соотношения системы права и системы законодательства, факторы, определяющие структуру права и законодательства и т.п. . Суждения известного ученого и сделанные им выводы востребованы правовой наукой по сей день. Настоящая статья является тому подтверждением.

Предваряя рассмотрение заявленной темы, отметим, что решение вопросов о соотношении системы права и системы законодательства о социальном обеспечении тесно связано с оценкой роли субъективного фактора в формировании названных систем. Думается, что именно различия в оцен-

© Васильева Ю.В., 2009

система права; система законодательства; кодификация

ке степени воздействия этого фактора дают ученым повод сближать либо, напротив, разделять систему права и систему законодательства.

В советской юридической доктрине качеством субъективности наделялась обычно лишь категория системы законодательства. В теоретических исследованиях последних лет дается более осторожная и, как нам представляется, более взвешенная, чем ранее, оценка субъективного фактора и в формировании системы права. В частности, Н.И. Матузов считает, что законодатель может вносить в систему права коррективы, изменения, например, выделить, осознав потребность в этом, ту или иную отрасль права или, напротив, объединить их, установить тот или иной институт, принять те или иные нормы, акты и т.д. .

О наличии определенной заинтересованности (потребности) в правовом регулировании общественных отношений для выделения соответствующей группы норм в самостоятельную отрасль права писали и значительно раньше , причем не только в теории права, но и в отраслевых науках. Так, В.С. Андреев еще в 1971 г. отмечал: «Советское государство систематически принимало нормативные акты, улучшающие обеспечение престарелых и нетрудоспособных, что говорит о заинтересованности государства в развитии и совершен-

ствовании общественных отношений в сфере социального обеспечения, составляющих предмет данной отрасли права» . И далее: «Совокупность норм, регулирующих социальное обеспечение, сложилась в систему, отвечающую всем признакам отрасли права: особый предмет, специфический метод, заинтересованность общества в развитии данной отрасли» .

Видно, что известный ученый не отделял систему права социального обеспечения от системы отраслевого законодательства, в единстве регулирующих соответствующие отношения. К сожалению, из-за идеологических причин, а возможно, из-за расплывчатости понятия «заинтересованность государства» в то время эти идеи не получили развития.

Известный ученый А.В. Мицкевич в ходе дискуссии по системе права, состоявшейся в Звенигороде в 1982 г., назвал бесперспективным стремление представить систему права как нечто независящее от законодателя, в отрыве системы законодательства от системы права, в отсутствии критериев перехода отрасли системы законодательства в отрасль системы права . С ним солидаризировались другие участники дискуссии. В частности,

В.Б. Исаков подтвердил, что «трудно оправдать разрыв, который существует в настоящее время между системой права и системой законодательства: в известной мере это разрыв между теорией и практикой» , а С.Н. Братусь указал, что система законодательства должна находиться в точном соответствии с системой права .

Позднее А.В. Мицкевич развил свое суждение. По его мнению, «понятие «система права» относится к числу доктринальных выводов юридической науки, что не снижает его практического значения, влияния на законодательство» . Решение вопроса о соотношении анализируемых систем он видел в признании системы права «доктринальным выражением и научной основой системы законодательства, что в перспективе открывает возможность признания правовой доктрины в качестве одно-

го из особых источников права» . Не отрицая в целом объективной природы системы права, ученый подчеркивал: она не может рассматриваться вне научного осмысления, волевых намерений и действий, направленных на познание объективной сущности системы права. И чем правильнее, точнее выявлена эта система, тем более она будет соответствовать системе закрепляемых ею общественных отношений. В свою очередь законотворческая практика и система законодательства должны следовать (хотя далеко не всегда следуют) системе права .

Следует заметить, что доктринальный подход нередко используется при анализе системы права социального обеспечения. Например, ученые из Санкт-петербургского университета не сомневаются в наличии системы права социального обеспечения и указывают, что обычно классификация норм дается в нормативном акте, являющемся основным источником отрасли права и содержащем все основные нормы или их значительную часть. «Нормы же права социального обеспечения не кодифицированы

На неоправданность разрыва между системами права и законодательства в разные годы указывали многие ученые, в том числе А.А. Ушаков, который справедливо отмечал: «право как единое явление не может иметь двух, к тому же не совпадающих между собой систем» . Немного позднее, в дискуссии по системе права (г. Звенигород, 1982 г.) этот вывод стал одним из итоговых .

Без сомнения, сравнивая анализируемые системы по признаку объективности-субъективности, легко заметить, что построение системы законодательства в гораздо большей степени детерминировано субъективными причинами. В то же время разве законодатель, выявляя объективные закономерности строения системы права и от-

ражая их в системе нормативных правовых актов, не оказывает «обратного» влияния на систему права? . Ведь право в его позитивном смысле — это содержание законодательства (или иных источников позитивного права в их формально-юридическом значении). И если исходить из концепции единства содержания и формы права, которые в реальности неразделимы, то сложно найти веские аргументы в пользу того, что системы права и законодательства существуют рядом, но принципиально не совпадают.

Единство этих систем подтверждают отраслевые юридические исследования. Известный цивилист Е.А. Суханов, анализируя историю кодификации законодательства о вещном праве, пишет: «…принципиальной новеллой Основ 1991 г. стало обособление в их структуре общего раздела II «Право собственности. Другие вещные права», который знаменовал законодательный переход от свойственного прежнему правопорядку «всеобъемлющего» института права собственности к полноценной подотрасли гражданского права — вещному праву» . И далее: «.новый ГК РФ закрепил вещное право в качестве самостоятельной подотрасли гражданского права» . Возможно, говоря о закреплении нового структурного элемента в системе гражданского права как о результате соответствующих изменений в гражданском законодательстве, ученый исходил лишь из желания изложить материал. Однако примечательно, что при этом он использовал единый подход к анализу системы права и законодательства, в котором выделение структурного элемента основано на общем для этих двух систем предметнофункциональном критерии.

Думается, на этом же основании известный специалист в трудовом праве Г.С. Скачкова делает вывод, что «общие положения Трудового кодекса РФ, закрепляя в ст. 1 общие начала трудового законодательства, характеризуют сферу действия трудового права в современных условиях» . Очевидно, что этот вывод подразумевает предметно-функциональную

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

общность и взаимодействие названных систем. Не случайно далее Г.С. Скачкова пишет: «.для ее (сферы действия трудового права (курсив мой. — Ю.В.) определения обратимся прежде всего к целям и задачам трудового законодательства» . Как известно, цели и задачи определяют функции правового регулирования , а они вряд ли могут быть разными для отрасли права и соответствующей ей отрасли законодательства.

Нередко, отделяя систему права от системы законодательства, об этой предметно-функциональной общности как будто забывают и делают акцент на том, что первичным элементом системы права является норма права, а системы законодательства -правовой нормативный акт. Это, бесспорно, так, если ограничиться анализом структуры законодательства лишь в ее «вертикальном» аспекте, т.е. в зависимости от формы акта, юридической силы, федеративного устройства. Если же рассматривать структуру законодательства и права по единым «горизонтальным» основаниям, таким как сфера регулирования (предмет), цели и задачи, то различия между ними перестают быть существенными. И тем более нельзя их противопоставлять.

Противопоставление анализируемых систем для права социального обеспечения может иметь весьма негативные последствия. Это прежде всего затруднит систематизацию нормативных актов, так как не будет найдено четкого ориентира (каковым может выступить структура соответствующей отрасли права), а затем приведет к дроблению отрасли права на отдельные группы норм, не имеющие между собой структурных связей, общих целей и задач. Развитие законодательства пойдет по пути развития комплексности, и право социального обеспечения постепенно растворится в конгломерате норм и институтов так называемого «социального права». В условиях отсутствия единого кодифицированного акта о социальном обеспечении и не затихшего до сих пор спора о самостоятельности права социального обеспечения такая нежелательная перспектива вполне реальна.

Например, Ю.А. Тихомиров уже предлагает объединить нормы об оказании услуг, закрепленные в разных отраслях законодательства социального блока, в рамках одного комплексного института публичных услуг. В этот «отправной институт», по его мнению, целесообразно включить услуги, оказываемые населению в сферах здравоохранения, жилья, коммунального обслуживания, почтовой связи, образования, социального обслуживания и т.п. Предлагается установить единое нормативное понятие социальной услуги (как публичной услуги, оказываемой государственными, муниципальными и частными учреждениями и лицами), порядок ее оказания, нормативы, меры ответственности . При таком подходе неизвестно, сохранят ли нормы о социальном обслуживании свою основную юридическую «прописку» в отрасли права социального обеспечения.

Поэтому наиболее верным при решении вопроса о соотношении системы права социального обеспечения и системы его законодательства представляется исходить из их принципиального совпадения (не отрицая отмеченной выше определенной автономности данных систем) и стремиться к тому, чтобы система отрасли законодательства о социальном обеспечении возможно более точно соответствовала системе отрасли права.

Вывод о принципиальном совпадении анализируемых систем не означает, что между ними полностью исключаются любые расхождения. В действительности этого не произойдет, по меньшей мере, в силу двух причин. Во-первых, в результате изменений в общественной жизни, на которые законодательство реагирует быстрее, опережая (иногда не без изъянов) развитие не столь мобильной системы права. Во-вторых, ввиду исторических (генетических) особенностей права социального обеспечения. Одна из наиболее известных таких особенностей связана с наличием в отраслевом нормативном массиве регламентаций целого ряда финансовых вопросов. Своеобразное вторжение законодательства о социальном обеспечении в сферу финансового права пред-

ставляется абсолютно обоснованным законодательным решением.

Тем не менее генеральная линия на согласованное развитие системы права и системы законодательства о социальном обеспечении должна быть сохранена. Для науки и практики российского права социального обеспечения такое решение крайне важно, поскольку до настоящего времени нет ясных критериев построения его структуры. В связи с этими временами можно встретить суждения о том, что есть отрасль права социального обеспечения, а следовательно, есть и ее система, но соответствующей ей отрасли законодательства — нет . Однако, если исходить из формулы А.А. Ушакова о том, что «создание права происходит одновременно, в единстве его содержания и формы» , такое положение в практической жизни вряд ли возможно. Ссылка же на то, что действующий в этой сфере нормативный материал имеется, но он не кодифицирован и рассредоточен по различным правовым актам , отнюдь не означает отсутствия отрасли законодательства и ее системы, а лишь свидетельствует о том, что эта система недостаточно развита, несовершенна. Интегрирующие факторы в ее структуре выявлены не полностью.

Главным среди таких интегрирующих факторов обычно называют наличие в структуре отрасли нормативных обобщений в виде общей части. Известно, что общие институты, посвященные определению предмета отрасли, ее задачам, принципам, понятийному аппарату, образуют специфическое объединение, выражающее единство отрасли права и ее целостность. В значительной степени именно наличие общей части подтверждает самостоятельность отрасли права .

Считается, что в праве социального обеспечения формирование общей части еще не завершено . Наверное, это действительно так, но аналогичную ситуацию нетрудно заметить и в ряде других, в том числе кодифицированных отраслей права, например, семейном, жилищном, административном . В

праве социального обеспечения представления о структуре общей части получили пока только свое доктринальное выражение, хотя и весьма единообразное. Вместе с тем очень желательно, чтобы они получили также и свое легальное закрепление, ведь, как справедливо заметил А.С. Пиголкин, предмет отрасли права, а равно и иные общие положения определялись ранее и определяются сейчас в кодексах, основах законодательства .

Получается, что отсутствие в законодательстве о социальном обеспечении такого акта отрицательно сказывается на процессе формирования общей части отрасли. Возникает своеобразный «замкнутый круг»: отсутствие кодекса не позволяет легализовать объективно существующую и выявленную отраслевой наукой общую часть права социального обеспечения, а отсутствие формального закрепления общей части (и ее структуры) мешает системному, единообразному развитию отраслевого законодательства и его кодификации. Это противоречие, конечно же, может и должно быть преодолено. Тем более что тенденция к закреплению в базовых отраслевых законах общих положений в последние годы обозначилась достаточно явно.

В то же время заметим, что и другая крайность, когда признание самостоятельности отрасли законодательства напрямую связывается с наличием кодифицированного акта и закреплением в нем общей части (общих положений), также является ошибкой. Если продолжить эту мысль далее, то неизбежен вывод о том, что, если есть кодекс, есть и отрасль права. Но и это — заблуждение, не раз подвергавшееся обоснованной критике за излишне упрощенный и даже «вульгарный» подход к систематизации права, когда принятие одного-двух законов, в особенности кодифицированных, дает отдельным исследователям повод заявлять о появлении самостоятельной отрасли права .

Дело в том, что решение о принятии или непринятии кодекса обусловлено не только объективными процессами. Едва ли не в большей степени оно зависит от ус-

мотрения законодателя, от выявленной им потребности в единообразном регулировании той или иной области общественных отношений. В немалой степени такое решение может быть продиктовано политическими и идеологическими причинами. Ведь известно, например, что периоды революций и смены общественного строя нередко знаменовались кодификациями . При этом пришедшими к власти новыми институтами часто не принимались во внимание ни наличие объективной обусловленности принятия кодекса, ни даже его качество, главное -подтвердить свое право на власть и продемонстрировать свою политическую дееспособность .

Таким образом, можно предположить, что отсутствие системы социальнообеспечительного законодательства (о котором иногда пишут), а в действительности

— низкий уровень его кодификации, обусловлены не столько объективными, сколько субъективными обстоятельствами, главное среди которых — отсутствие политической (законодательной) воли. По-видимому, российское государство пока не готово решать вопросы правового регулирования отношений по социальному обеспечению системно, а не по принципу «латания дыр». Все последние годы мы, к сожалению, видим, что требующие значительного финансового обеспечения и, как правило, затратные социальные законы принимаются крайне неохотно. Это происходит либо «под нажимом» судебной власти (гораздо реже -общественности), либо в период предвыборных кампаний (тоже под нажимом, но другого рода) и чаще всего — в спешном порядке. Ясно, что создать качественный кодифицированный закон, обладающий системообразующими для всего отраслевого законодательства свойствами, в таких условиях невозможно.

А ведь в 80-90-е гг. ХХ в. о возможности кодификации законодательства о социальном обеспечении, хотя бы и поэтапной (частичной), рассуждали всерьез . К сожалению, последовавшие затем социально-экономические и политические преобра-

зования сначала затормозили, а затем и вовсе свели на нет исследования этой важной проблемы. Переход к рынку, его негативные социальные и экономические последствия резко снизили интерес правоведов к «нерыночной» социальной сфере. В итоге сложилась довольно странная ситуация: в социальном и правовом государстве право социального обеспечения — не вполне полноценная отрасль.

Все это заставляет более внимательно относиться к оценке субъективного фактора в формировании системы российского права социального обеспечения (как и системы права в целом). Представляется, что системообразующая роль этого фактора очевидна и проявляется двояко. Во-первых, через усмотрение законодателя при принятии им тех или иных законодательных решений, способных повлиять на структуру права (таковым может стать решение о принятии кодифицированного акта). Во-вторых, посредством развития правовой доктрины, создания научных основ систематизации права и кодификации законодательства. Несомненно, что эти направления взаимосвязаны. Текущее, каждодневное законодательство само по себе, без специального научно-практического обоснования в правовой доктрине, будет развиваться бессистемно и быстро превратится в путаный массив плохо работающих нормативных актов. Во избежание этого и проводятся систематизации и кодификации законодательства.

Сказанное не означает отрицания объективного характера системы права, но свидетельствует о том, что рассматривать ее как нечто вообще не зависящее от воли законодателя было бы некоторым преувеличением. Роль законотворчества в установлении системных связей в праве нельзя недооценивать. И.Г. Муромцев, анализируя особенности техники законотворчества в современной России, высказался по этому поводу предельно точно. По его мнению, в переходном обществе, особенно при «догоняющей» модели развития, законотворческая техника (равно как и законотворчество в целом) есть средство преобразования самого права, изменения его типологической

природы, а порой (как в России) также его системы и структуры. Значит, традиционное понимание техники только как способов и приемов издания совершенных правотворческих актов здесь уже недостаточно, поскольку не менее важной становится задача построения новой правовой системы . По-видимому, такое понимание роли законотворчества в современных условиях следует всецело поддержать.

Подведем итоги. Если анализировать систему права и систему законодательства о социальном обеспечении с позиции единого для них предметно-функционального подхода, очевидно принципиальное (в основном) совпадение этих систем. Хотя это не отрицает возможности самостоятельного анализа системы законодательства на основании других критериев: видов нормативных правовых актов, их юридической силы, федеративного государственного устройства. Иными словами, предметно-

функциональная общность системы права и системы законодательства о социальном обеспечении не означает их полной идентичности, но делает весьма желательным стремление к тому, чтобы отраслевое законодательство развивалось в возможно более точном соответствии с системой отрасли права.

Это позволит решить практические задачи кодификации отраслевого законодательства. В частности, сформировать структуру будущего кодекса, идеальным ориентиром для которой послужит структура отрасли права социального обеспечения. Без учета такой взаимосвязи состав и соотношение подразделений структуры планируемого кодекса могут оказаться практически неэффективными. Формирование структуры кодекса в непосредственной близости к структуре права социального обеспечения позволит в большей степени учесть потребности правового регулирования в данной области общественных отношений, поскольку структура права в значительной мере объективно обусловлена.

Вместе с тем ее объективный характер не стоит абсолютизировать. Исследование показало, что и субъективные факторы ока-

зывают значительное влияние на формирование структуры данной отрасли права. Прежде всего через правовую доктрину -научную основу систематизации права и законодательства. А также — посредством законотворчества, когда законодатель принимает решение, способное повлиять на структуру права, например решение о принятии кодифицированного акта.

Библиографический список

1. Алексеев С.С. Структура советского права. М., 1975.

2. Андреев В.С. Социальное обеспечение в СССР. М., 1971.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. Ветютнев Ю.Ю. Социокультурные функции юридической систематизации // Систематизация законодательства в России (историко-правовые, теоретикометодологические и юридико-технические проблемы) / под ред.

B.М. Баранова, В.Г. Графского, С.В. Ко-дана. Н. Новгород, 2008. С. 335-339.

4. Виноградова З.Д. Кодификация законо-

дательства о социальном обеспечении // Вопросы социального обеспечения: сб. науч. трудов ЦИЭТИН. М., 1983.

C. 21-33. Вып.14.

5. Доброхотова Е.Н., Филиппова М.В., Ян-тураева М.А. Советское право социального обеспечения. СПб., 1992.

6. Захаров М.Л., Тучкова Э.Г. Право социального обеспечения России. М., 2004.

8. Кабрияк Р. Кодификации / пер. с фр. Л.В. Головко. М., 2007.

9. Концепции развития российского законодательства / под ред. Л.А. Окунькова, Ю.А. Тихомирова, Ю.П. Орловского. М., 1998.

10. Лаптев В.В., Шахматов В.П. Цели правового регулирования и система права // Правоведение. 1976. №4. С. 26-35.

11. Михеева Л.Ю. Развитие кодификации семейного права // Кодификация рос-

сийского частного права / под ред. Д А. Медведева. М., 2008. С. 196-233.

13. Общая теория государства и права. Академический курс: в 3 т. / отв. ред. М.Н. Марченко. М., 2001. Т. 2. С. 74-82.

14. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 г. // Ведомости СНД и ВС СССР. 1991. №26. Ст. 733.

15. Право социального обеспечения России / под ред. К.Н. Гусова. М., 2004.

16. Проблемы общей теории права и государства / под ред. В.С. Нерсесянца. М., 2001.

17. Реутов В.П. Функциональная природа системы права. Пермь, 2002.

18. Рыбин А.В. Система советского социалистического права // Учен. зап. Перм. гос. ун-та. 1959. Т. 14, кн. 4, ч. 1.

19. Система советского права и перспекти-

С. 49-70.

20. Скачкова Г.С. Расширение сферы действия трудового права и дифференциация его норм. М., 2003.

21. Социальное законодательство: науч.-

практ. пособие / отв. ред. Ю.А. Тихомиров, В.Н. Зенков. М., 2005.

23. Теория государства и права / под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М., 2000.

24. Ушаков А.А. К вопросу о системе советского права // Учен. зап. Перм. гос. унта. 1959. Т. 14, кн. 4, ч. 1. С. 45-75.

25. Ушаков А.А. О кодификации советского законодательства // Там же. С. 77-82.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

28. Ушаков А.А. О социалистическом общенародном праве как мере государственного регулирования общественных отношений развитого социализма и федеративной структуре советской системы

права и законодательства // Государство. Право. Законность: межвуз. сб. науч. тр. Перм. гос. ун-та. Пермь, 1976.

29. Шайхатдинов В.Ш. Вопросы кодификации законодательства о социальном обеспечении в СССР // XXVI съезд КПСС и проблемы гражданского и трудового права, гражданского процесса: сб. статей ИГиП АН СССР. М., 1982.

С. 196-199.

30. Шайхатдинов В.Ш. Право социального обеспечения российской Федерации. Екатеринбург, 1996. Вып. 1.

31. Шебанов А. Ф. Система отраслей законодательства: основания построения //

Правоведение. 1976. № 4. С. 15-25.

LEGAL SYSTEM AND SYSTEM OF LEGISLATION OF SOCIAL SECURITY (TO BRANCH LEGISLA TION CODIFICA TION)

Yu. V. Vasilieva

15, Bukirev st., Perm, 614990, Perm State University