Субъекты официального толкования права

Толкование Конституции РФ представляет собой уяснение содержания конституционной нормы. Основанием для толкования Конституции РФ является обнаруживающаяся неопределенность, неясность, неоднозначность в понимании ее положений в процессе правотворчества и правореализации, в связи с конкретными фактическими и правовыми ситуациями.

Толкование норм Конституции РФ может быть официальным и неофициальным.

Неофициальное толкование вправе давать отдельные граждане, политические партии и общественные объединения, ученые, практические работники. Неофициальное толкование бывает трех видов: обыденное, профессиональное и доктринальное. Обыденное толкование дают люди, не обладающие специальными юридическими знаниями, что влечет иногда неверное понимание действующих норм. Профессиональное толкование дают специалисты-юристы, государственные и муниципальные служащие, обладающие в сфере своей профессиональной деятельности определенными юридическими знаниями. Доктринальное толкование дают ученые-юристы в форме научных трудов, комментариев к нормативным правовым актам. Оно содержит глубокий анализ действующего законодательства, аргументацию сделанных выводов.

Официальное толкование норм Конституции РФ дается компетентными органами и имеет обязательный характер. Оно бывает нормативным и казуальным. Нормативное толкование необходимо при наличии неясных, нечетких формулировок в нормативном правовом акте, что затрудняет реализацию этой нормы правоприменительными органами. Оно дается компетентным органом, обязательно для всех лиц и органов, которые прямо попадают иод юрисдикцию органа, производящего толкование, и распространяется на весь круг случаев, предусмотренных толкуемой правовой нормой. Тем самым обеспечивается единообразное и правильное проведение в жизнь предписаний этой нормы. Таковы, например, руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ.

Нормативные разъяснения оформляются специальным актом, но не содержат новых, самостоятельных правовых норм. Они лишь уточняют и конкретизируют предписания правовой нормы.

Официальное толкование бывает двух видов. Первое, аутентичное толкование, исходит от органа, издавшего данную правовую норму. Второе толкование осуществляется не нормотворческими органами, а другими, получившими на это полномочия от государства (руководящие указания Пленума Верховного Суда РФ).

Казуальным толкованием называется разъяснение смысла нормы права, даваемое компетентным государственным органом применительно к конкретному случаю. Такое толкование осуществляется, например, судебными органами.

Частью 5 ст. 125 Конституции РФ установлено, что ее толкование дает Конституционный Суд РФ по запросам Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов РФ. Конституционный Суд РФ толкует Конституцию только при наличии запроса вышеназванных органов. Толкование Конституционного Суда РФ является официальным и осуществляется в форме абстрактного нормоконтроля.

Способы толкования норм конституции: грамматический, логический, систематический, историко-политический, телеологический, функциональный.

Грамматическое толкование предполагает уяснение смысла нормы Конституции посредством анализа текста толкуемой нормы, его морфологической и синтаксической структуры.

Логическое толкование включает необходимость использования законов и правил формальной логики для уяснения смысла, содержания нормы Конституции.

Систематическое толкование означает изучение нормы Конституции в тесной логической связи с другими нормами Конституции, близкими по содержанию.

Историко-политическое толкование определяет необходимость уяснения социально-политической обстановки, которая обусловила создание и действие нормы Конституции.

Телеологический способ толкования дает возможность уяснить цели и намерения, которые преследовал законодатель при принятии Конституции, ее программно-целевые установки, содержащиеся в преамбуле Конституции и других ее частях.

  • См.: Витрук II. В. Верность Конституции. М» 2008. С. 137.

Каждый человек, любой субъект права может заниматься толкованием правовых норм, однако юридическое значение этого толкования в разных случаях будет различно. Поэтому данный вид толкования часто именуют толкованием норм права по юридической силе. По предложенному критерию различают официальное и неофициальное толкование норм права.

Официальным толкованием занимаются специально уполномоченные государством на эту деятельность органы. Результат такого толкования фиксируется в официальных документах и обладает юридической силой. Субъектами официального толкования норм права выступают, как правило, государственные органы и должностные лица. В истории, впрочем, известны периоды, когда правом официального толкования наделялись и ученые-юристы.

Официальное толкование норм права может быть аутентическим (аутентичным) или делегированным (легальным). Аутентическое толкование – это разъяснение смысла правовой нормы тем государственным органом, который издал данную норму. По общему правилу каждый орган имеет право толковать те нормы права, которые он издает.

Делегированным (легальным) толкованием занимаются те органы, которые не издавали данные правовые нормы, но которым передано право их толковать. Так, высшим судебным инстанциям может предоставляться право официального толкования законов, принятых парламентом. В соответствии с ч. 5 ст. 125 Конституции РФ Конституционный Суд РФ дает толкование Конституции РФ. Иногда делегированным называют и толкование, осуществляемое непосредственно в процессе правоприменительной деятельности.

Официальное толкование может быть нормативным, т.е. даваться безотносительно к конкретному случаю, практически в виде новой нормы, и казуальным – это толкование применительно к конкретному случаю, конкретным обстоятельствам определенного дела. Казуальное толкование может содержаться в правоприменительных актах контрольного или надзорного характера (подробнее о некоторых проблемах нормативного и казуального толкования правовых норм см. ниже).

Юридическая природа результатов официального нормативного толкования (как аутентического, так и делегированного) и документов, в которых выражены эти результаты, остается спорной. Вот основные проблемы, которые разрешаются разными авторами по-разному. Является ли результат толкования самостоятельной правовой нормой или же это разъяснение предписания, выраженного в нормативном акте? Какова юридическая природа документа, закрепляющего результат толкования: это особый интерпретационный акт (в котором не содержатся нормы права), или это нормативный акт (в котором содержатся нормы права), или же что-то иное?

Постановления Пленума Верховного Суда РФ (а ранее – и СССР) по отдельным категориям уголовных, гражданских, трудовых, семейных дел обычно назывались интерпретационными актами, хотя в советской юридической науке высказывалась и иная точка зрения, в соответствии с которой эти документы признавались нормативными правовыми актами (см., например: Проблемы теории государства и права: учебник / под ред. С. С. Алексеева. М., 1987. С. 339–342). Не упрощает проблему и то обстоятельство, что многие исполнительно-распорядительные органы не издают специальных интерпретационных актов, а включают разъяснения положений, содержащихся в принятых ранее нормативных актах, в новые нормативные документы. Министерства, ведомства, их управления и отделы могут рассылать на места документы инструктивно-разъяснительного характера: письма, указания и т.п., в которых содержатся разъяснения принятых до этого норм права, указания по их применению.

Неофициальным толкованием норм права считается такое толкование, которое формально не является обязательным. Оно также может носить и общий, и конкретный характер, т.е. быть и нормативным, и казуальным. Толковать правовые нормы, как уже отмечалось, может каждый человек, в том числе не имеющий специальной юридической подготовки. Это так называемое обыденное толкование, как правило, оно сопровождается высказыванием поверхностных и неверных суждений. Однако и люди без юридического образования иногда обнаруживают способности правильно ставить юридические вопросы и даже находить подходы к их решению. К компетентному толкованию правовых норм, которое дается специально подготовленными лицами, относится доктринальное (научное) и профессиональное толкование. Первое предлагается учеными-юристами, результаты его содержатся в комментариях к нормативным актам, научных работах, иногда даже в учебной литературе (см., например: Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. В. В. Лазарева. Μ., 2002; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1996). Профессиональным толкованием норм права занимаются юристы- практики, например, в процессе юридических консультаций населения. Данный вид толкования, безусловно, менее научен, хотя более приближен к практике.

Толкование административно-правовых норм — это деятельность органов государственной власти, должностных лиц, общественных объединений и отдельных граждан по установлению содержания административно-правовой нормы и разъяснению выраженной в ней государственной воли.

Значение толкования административно-правовых норм:

  • 1) уяснение сущности толкуемой административно-правовой нормы;
  • 2) разъяснение сущности толкуемой нормы.

Способы толкования — совокупность приемов и средств, направленных на уяснение смысла и содержания толкуемой нормы.

Виды способов толкования:

Виды толкования административно-правовых норм по субъектам: официальное — дается специально уполномоченными субъектами (государственными органами или должностными лицами) и содержится в специальном юридическом интерпретационном акте; неофициальное — дается субъектами, не наделенными официальными полномочиями по разъяснению содержания административно-правовых норм, и не имеет установленной формы.

Акты официального толкования административно-правовых норм — это вид юридических актов, принятых уполномоченными государственными органами и должностными лицами в установленном порядке и содержащих разъяснение административно-правовых норм.

Особенности актов официального толкования административноправовых норм:

  • 1) не устанавливают новых административно-правовых норм, не отменяют и не изменяют их содержания;
  • 2) принимаются уполномоченными субъектами;
  • 3) раскрывают содержание толкуемой нормы;
  • 4) определяют порядок реализации толкуемой нормы;
  • 5) обладают юридической силой и подлежат применению только в течение срока действия толкуемой нормы;
  • 6) обладают государственно-властным характером;
  • 7) адресуются субъектам правоприменения.

По форме выражения акты могут быть письменными или устными.

По юридической природе выделяют акты нормативного толкования и акты казуального толкования.

По видам государственных органов: акты законодательных органов, акты исполнительных органов, акты судебных органов, акты органов прокуратуры.

В зависимости от субъекта интерпретационной деятельности акты делятся на аутентичные и легальные.

Проблема судебного толкования никогда не утратит своей актуальности. Каждый раз при вынесении решения перед судом (судьей) встает вопрос о правильном истолковании нормы, подлежащей применению. Даже если судья уже неоднократно применял данную норму, такие факторы как изменения в законодательстве, конкретные обстоятельства дела, судебная практика по данной категории дел, которая сложилась на момент вынесения решения, заставляют еще раз пройти всю процедуру толкования в полном объеме.

Авторы настоящей статьи в своих публикациях уже неоднократно обращались к проблеме судебного толкования . На этот раз речь пойдет о пределах судебного толкования.

Пределы судебного толкования обусловлены, прежде всего, пределами правового регулирования в целом. Несмотря на всю очевидность теоретической и практической значимости проблемы, пределам правового регулирования до сих пор не посвящено ни одной монографии или диссертации. Этот вопрос освещается в контексте других проблем правового регулирования либо в отдельных статьях.

На актуальность и значимость этой проблемы указывает В. В. Лазарев, который пишет, что «по своему существу проблема пределов сферы правового регулирования не может иметь раз и навсегда найденного решения» . Это высказывание, сделанное почти полвека назад, до сих пор не утратило своей актуальности.

Такого же мнения придерживался Ф. Н. Фаткуллин, полагая, что «для юридической науки и практики данный вопрос имеет первостепенное значение. Он неоднократно привлекал к себе внимание советских ученых, однако продолжает оставаться пока недостаточно исследованным» .

Категория «предел» является актуальной не только для гуманитарных, но и для других наук, включая технические и естественные. Так, «предел» – одно из основных понятий математики, означающее, что какая-то переменная, зависящая от другой переменной, при определенном изменении последней неограниченно приближается к некоторому постоянному значению. Под пределом также понимается пространственная или временная граница чего-либо. Исходя из семантических свойств термина, под пределом можно понимать крайнюю степень чего-либо. Синонимами слова «предел» являются – граница, рубеж, край, грань.

Так, А. В. Титовская отмечает, что предел в философско-методологическом смысле – это зарождение фундамента в понимании границ, ограничений. Говоря о пределах в правовом поле, она приходит к выводу, что любой закон, созданный правотворческими органами, это субстанция, которая имеет свой предел с внутренней стороны, характеризуя его содержание, и с внешней стороны. Рассматривая предел в юридическом аспекте, за основу можно взять установленные границы в области, в которой осуществляется право .

Методологически важно определиться с тем, как соотносится понятие «предел правового регулирования» с другими смежными понятиями, например, «ограничения в праве».

Исследуя правовые ограничения, А. В. Малько фактически отождествляет понятия «предел правового регулирования» и «ограничения в праве», понимая под ограничениями установленные в праве границы, в пределах которых субъекты должны действовать . Думается, что с таким подходом нельзя согласиться полностью.

Прежде всего, различна природа этих явлений. Ограничения неизбежны, без них в правовом регулировании обойтись невозможно, и в этом проявляется их объективный характер. Но в ограничениях в большей мере преобладает субъективный фактор. Законодатель может установить данное ограничение, а может и не воспользоваться такой возможностью. При этом характер и содержание ограничения изначально зависит от воли законодателя. Так, например, они могут быть императивными и диспозитивными . И уже в рамках диспозитивного ограничения, установленного законодателем, размер конкретного ограничения может установить правоприменитель, используя при этом толкование, в том числе и судебное.

О пределах правового регулирования этого сказать нельзя. Безусловно, ограничения имеют отношение к пределам, но это лишь один из возможных вариантов установления пределов. Пределы правового регулирования – более широкое понятие, которое больше связано с правотворческой деятельностью.

Правильно подчеркивал Ф. Н. Фаткуллин, что определение пределов правового регулирования касается главным образом правотворчества, так как именно в этой области государственной деятельности необходимо установить, в какой мере возможно и целесообразно вмешательство в те или иные общественные отношения. Под пределами общего правового регулирования он понимал обусловленные определенными факторами границы властного государственного вмешательства в общественные отношения при помощи права .

Важность установления пределов правового регулирования в правотворчестве не умаляет важности определения пределов и в других правовых сферах – правоприменении и толковании права. И в этой области уже имеется несколько серьезных работ.

Так, Т. Я. Хабриева, исследуя пределы толкования Конституции Конституционным Судом Российской Федерации, ставит вопрос о самоограничении Конституционного Суда Российской Федерации и факторах, определяющих пределы толкования Конституции Российской Федерации Конституционным Судом .

Трудно переоценить значимость этого положения. Во-первых, при таком подходе сохраняется значимость Конституции как основного закона, как нормативно-правового акта высшей юридической силы. И, во-вторых, даже те органы, которым дано право толкования Конституции (в данном случае Конституционный Суд), могут действовать только в тех пределах, которые им предоставлены законом.

Кроме того, Н. Е. Таева также подчеркивает, что в процессе толкования актуализация конституционных норм должна осуществляться строго в установленных законодательно пределах .

В данном высказывании обратим внимание на термин «актуализация». Думается, что здесь он является ключевым. Конституция по природе своей статична. Поправки в основной закон вносятся нечасто, и процедура внесения таких поправок достаточно сложна. Однако в судебной практике постоянно и неизбежно возникают вопросы, связанные с толкованием отдельных положений Конституции. Разумеется, это должно осуществляться в строго установленных пределах.

Вместе с тем, А. Н. Верещагин к области судебного правотворчества относит пределы судебного правотворчества, тем самым объединяя правотворческие и правоприменительные аспекты этой проблемы. Автор отмечает, что «степень и характер ограничений, налагаемых на правотворческую активность судов, сильно варьируется в различных правовых системах» .

В данном случае автор абсолютно прав. Нельзя сравнивать те полномочия, которые предоставлены судам в англо-саксонской правовой системе и континентальной правовой системе. При этом внутри каждой правовой системы полномочия судов в этой области весьма неоднородны.

Так, один из ведущих представителей современной англо-американской правовой мысли Р. Дворкин в монографии «Империя права» утверждал, что право – это развивающаяся система актов интерпретации принципов справедливости, целесообразности и надлежащей процедуры, которая формируется в процессе толкования судьями прошлых политических и правовых решений. Понятие права, подчеркивал автор, это «толковательное понятие» . Точка зрения Р. Дворкина характерна для традиций именно англо-американской правовой школы, но многие разработки этого исследователя применимы и в нашей правовой действительности.

В свою очередь профессор Университета права, экономики и общественных наук Экс-Марселя Ж.-Л. Бержель рассматривает такие вопросы, как закон и традиции толкования, буква и дух толкования, современные методы толкования, принцип субъективных методов и возрождение объективных методов толкования права . Такой подход более присущ европейской правовой школе, где проблемы толкования рассматриваются с позиций континентальной правовой системы.

В общей теории права пределы правового регулирования принято подразделять на объективные и субъективные.

Объективные пределы правового регулирования во многом не зависят от воли законодателя и обусловлены главным образом иными факторами: уровень экономического развития общества; уровень правовой культуры; структура и содержание общественных отношений, подлежащих урегулированию и т. д.

Кроме того, С. С. Алексеев писал, что «существенный интерес представляют объективные пределы правового воздействия с точки зрения его предмета, т. е. те объективные возможности правового регулирования, которые обусловлены особенностями регулируемых правом общественных отношений» .

Прав был Г. В. Мальцев, который писал, что «регулирование бессмысленно в отношении совершенно невозможных процессов и событий, но если у последних имеется хотя бы малейший шанс превратиться из возможности в действительность, если эта действительность имеет позитивное значение для развивающейся (саморазвивающейся) системы, регулирование оправданно и необходимо» .

Все сказанное в полной мере относится и к объективным пределам судебного толкования. Особенности общественных отношений предопределяют объективную возможность их регулирования, регулируемые процессы имеют место в реальной действительности и эти процессы имеют позитивное значение. Объективные пределы судебного толкования не могут выходить за рамки объективных пределов правового регулирования. Они либо совпадают, либо объективные пределы правового регулирования оказываются шире.

Субъективные пределы правового регулирования, в отличие от объективных пределов, в первую очередь связаны с волей законодателя. По усмотрению законодателя определенные общественные отношения могут быть урегулированы правом либо не урегулированы. Разумеется, субъективные пределы правового регулирования существуют в рамках объективных пределов правового регулирования.

Все это распространяется на субъективные пределы судебного толкования, но в процессе толкования помимо воли законодателя на первый план выдвигается воля интерпретатора.

Как правильно отмечает Е. С. Зайцева: «… влияние субъективного фактора усиливается в процессе интерпретационной деятельности, где субъекты, ее осуществляющие, также сталкиваются с проблемой пределов правового регулирования, но уже в ином ракурсе. Перед интерпретатором стоит задача правильно определить установленные законодателем пределы, не расширяя и не сужая их» .

Помимо общетеоретических исследований интересные наработки в этой области имеются в отраслевых юридических науках.

Так, например, Д. М. Чечот писал о том, что гражданское процессуальное право оказывает регулирующее воздействие на общественные отношения в сфере гражданского судопроизводства, а также и за этими пределами. Такое воздействие охватывает три группы общественных отношений: в области собственно гражданского судопроизводства, в области иных юридических отношений, в области отношений неюридического характера .

Следовательно, отношения, которые возникают в процессе судопроизводства (а значит, и судебного толкования), могут выходить за правовую сферу и быть шире, чем пределы правового регулирования.

Во многом созвучную точку зрения высказывал известный сербский юрист Р. Лукич, который полагал: «… установив, какая общая норма регулирует данный случай, переходят к ее толкованию… Результат толкования может оказаться позитивным, т. е. может выясниться, что норма действительно относится к данному случаю. Но он может быть и негативным, т. е. может выясниться, что она не относится к данному случаю или что это не представляется достаточно очевидным. После этого переходят к толкованию другой нормы или других норм, которые можно обоснованно считать соответствующими данному случаю. Так продолжается до тех пор, пока не будет найдена норма, регулирующая данный случай, или, наоборот, не будет установлено, что он вообще нормативно не урегулирован, поскольку представляет собой либо пробел в праве, либо случай, свободный от правового регулирования» . Именно установление в процессе толкования случая, свободного от правового регулирования, говорит о том, что предел правового регулирования устанавливается не столько законодателем, сколько интерпретатором.

Возвращаясь к проблеме судебного толкования, следует отметить, что монографических работ, посвященных именно пределам судебного толкования, в настоящее время нет. В редких случаях этот вопрос рассматривался в виде отдельной главы (либо параграфа) в монографии или диссертации . В основном это статьи, написанные по данной проблематике в различных отраслях права.

Одним из возможных подходов к решению данной проблемы является позиция М. А. Гурвича, который еще в 50-х гг. ХХ в. исследовал вопрос о пределах законной силы судебного решения. Он писал: «Исключительно важное решение приобретает вопрос о том, каковы пределы действия судебного решения, кого и в отношении чего оно связывает. Пределы законной силы судебного решения (его процессуально-правового и материально-правового действия) определяются: а) предметом, в отношении которого действует судебное решение (объективные пределы); б) лицами, на которых оно распространяется (субъективные пределы)» .

В развитие точки зрения М. А. Гурвича, но применительно к пределам судебного толкования можно сказать, что судебное толкование осуществляется в отношении предмета судебного решения и лиц, на которых данное решение распространяется.

Такое деление пределов на объективные и субъективные отличается от общетеоретической классификации. С позиций общей теории права объективные пределы лишь в некоторой степени зависят от воли законодателя и полностью не зависят от правоприменителя, а субъективные устанавливаются законодателем. Но М. А. Гурвич и не ставил целью анализировать правотворческие процессы. Принятие судебного решения – это сугубо правоприменительная деятельность, и данная им классификация пределов вполне применима для судебного толкования.

Другим возможным подходом к определению пределов толкования права в целом и пределов судебного толкования является вопрос об объеме толкования. Так, Ю. А. Гаврилова в монографическом исследовании, посвященном объему толкования права, ставит ряд очень интересных перспективных вопросов. К ним относятся: объем толкования как мера интерпретации права, объем толкования в контексте теории смыслового поля, объем толкования и специальные приемы его определения. Автор пишет о том, что «объем толкования» должен включать в себя как количественные, т. е. величину интерпретации по объему, так и качественные признаки – пределы ее допустимости. Вместе с тем, Ю. А. Гаврилова считает: «… такими своеобразными «координатами” выступают основные составляющие правовой нормы как объекта анализа знаковой теории: текст, смысл и нормативно закрепленная модель общественных отношений, определив меру которых, можно установить и пределы допустимости толкования этой нормы права по объему. Категория меры является тем ключевым понятием, с помощью которого можно раскрыть природу объема толкования права» .

Остается выяснить, являются ли тождественными понятия «мера» и «предел» и как это относится к пределам судебного толкования. В понимании Ю. А Гавриловой мера – это и есть предел. В целом с этим можно согласиться.

Иначе подходит к вопросу о пределах толкования А. Г. Манукян, выделяя три аспекта этой проблемы: правотворчество в процессе толкования норм права, толкование правовых норм и дискреционные полномочия в правоприменении, толкование норм права при аналогии закона и аналогии права. Именно эти факторы, по его мнению, влияют на пределы толкования норм права .

Предлагаемые факторы связаны, прежде всего, с полномочиями субъекта толкования. И в этом случае снова встает вопрос о том, могут ли пределы толкования выходить за пределы правового регулирования, установленные законодателем? Если следовать логике автора, то получается, что могут.

Определяя пределы (сферы) действия актов официального юридического толкования, А. Н. Шаронов говорит о предметной сфере действия актов официального юридического толкования и действии актов официального юридического толкования во времени, в пространстве и по адресатам .

Такой подход вполне оправдан, хотя достаточно традиционен. К тому же, думается, нельзя отождествлять такие понятия, как «пределы» и «сферы». Сфера – это те отношения, на которые может быть распространено действие правового акта, в том числе и акта официального толкования. И данная сфера может иметь свои пределы (границы).

В диссертации, посвященной толкованию конституционно-правовых норм, Н. Е. Таева приходит к выводу, что пределы толкования являются необходимым элементом конструкции толкования и должны быть закреплены в соответствующих нормативно-правовых актах . Предложение, безусловно, позитивное с точки зрения практики толкования и частично уже реализованное законодателем в процессуальных отраслях права.

Так, пределы судебного толкования установлены законодателем, например, когда речь идет о толковании судебного решения. В соответствии со ст. 179 АПК РФ, «в случае неясности решения арбитражный суд, принявший это решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава-исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации вправе разъяснить решение без изменения его содержания». Аналогичная норма закреплена в ст. 202 ГПК РФ и ст. 185 КАС РФ.

В данном случае предел судебного толкования установлен фразой – «разъяснить решение без изменения его содержания». Границей служит содержание ранее принятого решения.

Рассуждая о пределах толкования, конечно же, надо иметь в виду и такие факторы, как действие норм права в пространстве, во времени и по кругу лиц. Это позволяет говорить о временных и пространственных факторах, влияющих на пределы толкования. Имеет значение и субъектный состав правоотношения, урегулированного нормой или иным правовым предписанием, применительно к которому осуществляется судебное толкование.

Думается, что пределы судебного толкования обусловлены следующими факторами: во-первых, это полномочия (компетенция) суда, который осуществляет толкование; во-вторых, это темпоральные (временные) факторы; в-третьих, пространственные факторы; в-четвертых, субъектный состав правоотношения; в-пятых, это особенности языка, на котором изложена толкуемая норма; в-шестых, использование различных элементов юридической техники, влияющих на пределы судебного толкования . При дальнейшем исследовании, безусловно, возможно выделение и других факторов.

Пределы судебного толкования не могут быть статичны. Постоянное изменение общественной жизни в политической, экономической и идеологической сферах обусловливают их постоянное изменение и развитие. Поэтому проблема пределов толкования права в целом и судебного толкования в частности будут всегда актуальными.

Понимание и толкование конституции

Составной частью юридического механизма действия и процесса реализации конституционных установлений является надлежащее их понимание и в определенных случаях — их официальное толкование.

Понятие и особенности понимания конституции

Проблема герменевтики как понимания, истолкования, интерпретации существует в различных областях обществознания: в философии, филологии, литературоведении, психологии, в праве и т. д. Уже в эпоху Средневековья герменевтика рассматривалась как наука и искусство по истолкованию прежде всего религиозных текстов. Впоследствии предметом герменевтики стали тексты исторических документов, произведения литературы и искусства, разнообразные источники права. В современном виде герменевтика предстает в качестве научного метода, технико-юридического способа познания содержания и постижение смысла закона, конституции.

Юридическая герменевтика складывалась как теория и практика по выявлению воли законодателя, его замысла, выраженного в содержании закона. Реальное понимание смысла закона невозможно без его сопоставления с конкретной ситуацией. В соотнесение всеобщности (абстракции) закона и конкретной фактической ситуации все большее значение для юридической герменевтики приобретает творческое соавторство интерпретатора в уяснении смыслосодержания закона. По мнению А. И. Овчинникова, «понять правовую норму означает проникнуться се юридическим смыслом. Можно грамматически или логически правильно интерпретировать норму, а юридического смысла ее не понимать».

Конституционная герменевтика является разновидностью юридической герменевтики. Конституция как акт (документ) выступает в виде текста. Факт существования писаной конституции, ее текста диктует объективную потребность понимания, уяснения текста основного закона и отраженного в нем содержания конституции.

Понятие, способы и виды толкования конституции

Конституция официально оформляет рациональную организацию общества и государства, создаст основы стабильного развития институтов конституционного строя и функционирования государственной власти, обеспечения достоинства человека, прав личности и свободы гражданского общества, что не может не учитываться при толковании конституции, ее установлений. Без надлежащего понимания конституции, разъяснения ее установлений невозможно воплощение в жизнь закрепленных в ней принципов правового государства, верховенства права, прав и свобод человека, демократии, федерализма и самоуправления. Речь идет о выяснении народной воли, трансформировавшейся в волю самой конституции, ее объективного смысла в контексте ее воздействия на все сферы общественной и государственной жизни.

В литературе нередко можно встретить неоправданные упреки по поводу «недостаточной конкретности» конституции. Характер регулируемых конституцией общественных отношений диктует ту или иную степень абстрактности соответствующих ее установлений. В конституциях преобладают в высшей мере абстрактные по своему характеру установления. В этом их особенность, сила и значимость: чем выше степень их абстрагирования, тем полнее охват регулируемых отношений и глубже проникновение в суть отображаемых ими явлений и процессов. Реализация конституционных установлений происходит всякий раз в конкретных условиях, в индивидуальных фактических обстоятельствах, что требует раскрытия смысла абстрактных конституционных установлений применительно к этим условиям и обстоятельствам и в соотнесении с ними. Поэтому необходимо толкование конституции не столько в силу «абстрактности» ее положений, сколько из-за необходимости «приложения» всеобщих, универсальных положений конституции к конкретным жизненным и правовым ситуациям в целях их последовательного соблюдения и реализации.

Поэтому при толковании конституции речь идет не о конкретизации содержания самой конституционной нормы, а, скорее, о конкретизации условий ее применения к реальным фактическим и правовым ситуациям. Такая конкретизация предшествует реализации установлений конституции. Толкование есть составная часть всего правореализационного процесса.

Толкование положений конституции позволяет интегрировать конституцию в социальную и юридическую практику, выявить ее демократический, нравственно-правовой потенциал.

В отечественном правоведении общепризнанно, что толкование не ограничивается познанием, уяснением самим интерпретатором смысла содержания конституционного установления, главное в толковании заключается в разъяснении познанного им смысла содержания конституционных предписаний.

Толкование Конституции Конституционным Судом РФ

Толковать конституцию могут все субъекты общественных отношений, но толкование не каждого из них является официальным, общеобязательным и окончательным.

Полномочием по официальному толкованию Конституции РФ обладает Конституционный Суд РФ. Согласно ч. 5 ст. 125 Конституции Конституционный Суд РФ по запросам Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов РФ дает толкование Конституции РФ, которое является официальным и окончательным. Конституционный Суд РФ не может толковать Конституцию РФ по своей инициативе, он осуществляет это только при наличии запроса вышеуказанных уполномоченных на то органов.

Основанием к рассмотрению дела о толковании Конституции РФ является обнаружившаяся неопределенность, неясность, неоднозначность в понимании ее установлений в процессе правотворчества и правореализации, в связи с конкретными фактическими и правовыми ситуациями.

Конституционный Суд РФ не выступает в качестве юридической консультации либо научно-исследовательского учреждения. Поэтому при обращении с запросами о толковании Конституции РФ Конституционный Суд РФ всякий раз решает для себя проблему допустимости такого запроса, соблюдая при этом принцип самоограничения и правовой целесообразности. Практика Конституционного Суда РФ уже выявила ряд оснований, при наличии которых Конституционный Суд РФ считает запросы о толковании Конституции РФ недопустимыми: ходатайство свидетельствует о мнимой неопределенности в понимании конституции; ходатайствующий просит признать конституционную норму недействующей; поставленный в запросе вопрос не получил разрешения в Конституции либо требует законодательного регулирования, а не толкования Конституции РФ; в ходатайстве фактически ставится вопрос о проверке конституционности действующего закона, что должно быть осуществлено в иной процедуре конституционного судопроизводства.

Толкование Конституции РФ Конституционным Судом РФ преодолевает неопределенность в понимании ее установлений применительно к конкретной жизненной и правовой ситуации и тем самым разъясняет действительный смысл конституционных установлений, который доводится до всеобщего сведения. Эта деятельность выражается в итоговом решении Конституционного Суда РФ и именуется постановлением.

При толковании конституции используются различные способы уяснения и разъяснения ее установлений: логико-филологический, историко-политический, телеологический, систематический.

Уяснение смысла и содержания установлений конституции происходит исходя из буквального текста конституции с использованием правил формальной логики (логико-филологические способы толкования).

Выявлению смысла установлений конституции способствует учет истории возникновения тех или иных конституционных положений, имевшихся вокруг них дискуссий, тех целей, которые преследовались при их включении в текст (историко-политический и телеологический (целевой) способы толкования).

Важнейшим условием толкования конституции служит учет системности ее установлений. В связи с этим возникает требование к системности толкования, выявлению системообразующих связей конституционных установлений, ибо все они находятся во взаимозависимости и составляют органическое единство. Иными словами, содержание уясняемого положения не должно противоречить содержанию других конституционных установлений или в целом конституции, ее фундаментальным основам. Так, согласно ч. 2 ст. 16 Конституции никакие другие ее положения не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации. Интерпретация всех последующих положений Конституции РФ не может противоречить установлениям ее гл. 1 и поэтому должна осуществляться в соответствии с ними, в сочетании и взаимодействии всех конституционных установлений.

В процессе толкования Конституции РФ важным является учет учредительных актов субъектов РФ — конституций и уставов, обеспечивающих единое правовое пространство при условии их соответствия Конституции РФ.

Границы толкования Конституции РФ Конституционным Судом РФ обусловлены распространяющейся на всех субъектов конституционных правоотношений обязанностью соблюдать Конституцию РФ и не допускать ее изменения под видом толкования.

Соотнесение текста и выявленного содержания и смысла конституции может быть буквальным (адекватным), расширительным или ограничительным.

Буквальное (адекватное) толкование имеет место в тех случаях, когда словесное выражение конституционного установления. его содержания и смысла совпадают, следовательно, «буква» конституции адекватно отражает ее «дух».

В иных случаях логично вытекает расширительное или ограничительное толкование, позволяющее наиболее точно выявить содержание и истинный смысл толкуемого установления. Если при расширительном толковании содержание конституционного установления шире, чем его словесное выражение, то при ограничительном толковании содержание уже, чем это словесно выражено в толкуемом конституционном установлении.

Расширительное или ограничительное толкование есть результат выяснения истинного содержания и смысла конституционного установления, оно не означает изменений в содержании толкуемого конституционного установления.

Официальное толкование Конституции РФ, осуществляемое Конституционным Судом РФ, являющееся окончательным, снимает неопределенность и мнимые противоречия в ее понимании.

Толкование Конституции РФ, данное Конституционным Судом РФ, обязательно для всех субъектов права. В этом смысле оно приобретает нормативное значение и играет нормативно- регулирующую роль, ибо распространяется на неопределенный круг случаев и субъектов правоотношений. Однако известным преувеличением является утверждение о том, что решение Конституционного Суда РФ о толковании конституционных норм, по существу, становится частью конституции1. Юридическая сила решений Конституционного Суда РФ о толковании Конституции РФ приравнивается к юридической силе самой Конституции РФ. По содержанию они дополняют, «продолжают» содержание Конституции РФ, которое остается стабильным и неизменным.

Толкование и интерпретация Конституции РФ в условиях развивающихся общественных отношений и новых вызовов и проблем возможны, но они не могут противоречить конституционным установлениям и не могут их изменять, как на этом настаивают некоторые ученые.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 21 декабря 2005 г. № 13-П в связи с конституционно-правовой оценкой нового порядка наделения полномочиями высшего должностного лица субъекта РФ, предполагающего участие в нем как законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ, так и Президента РФ, пришел к важному выводу о том, что, поскольку положения Конституции проявляют свое регулятивное воздействие как непосредственно, так и посредством конкретизирующих их законов в определенной системе правового регулирования, притом в развивающемся социально-историческом контексте, правовые позиции, сформулированные Конституционным Судом РФ в результате интерпретации, истолкования тех или иных положений Конституции применительно к проверявшемуся нормативному акту в системе прежнего правового регулирования и имевшей место в то время конституционной практике, могут уточняться либо изменяться, с тем чтобы адекватно выявить смысл тех или иных конституционных норм, их букву и дух, с учетом конкретных социально-правовых условий их реализации, включая изменения в системе правового регулирования.

Реализуя принцип самоограничения, Конституционный Суд РФ должен быть крайне осторожен в попытках наполнения конституционных положений новым содержанием без изменения самого текста Конституции РФ в силу конкретно-исторической обстановки, других обстоятельств экономического, политического и иного характера, т. е. в силу целесообразности, без достаточного конституционного обоснования.

Нельзя наполнять конституцию новым содержанием, возможно лишь углубление понимания смысла (духа) Конституции РФ путем толкования конституционного текста. В связи с этим понимание интерпретатором конституционного положения может не совпадать с представлениями создателей Конституции РФ.

При толковании Конституции РФ имеется в виду не столько выяснение позиций создателей ее проекта, сколько выявление содержания и постижение смысла Конституции, особенно по истечении определенного времени и в связи с необходимостью ее познания в изменившихся социальных, экономических, культурологических и политических реалиях.

Решения Конституционного Суда РФ о толковании Конституции РФ имеют обязательную силу в законодательном (нормо- творческом) и правоприменительном процессе. Ни один орган публичной власти не вправе принимать нормативные и иные правовые акты, противоречащие Конституции РФ в том ее толковании, какое было дано Конституционным Судом РФ. Любой судья или иной правоприменитель обязан руководствоваться тем пониманием установлений Конституции РФ, которое содержится в решениях Конституционного Суда РФ.

Нормативные правовые акты или отдельные их положения, основанные на прежней интерпретации конституционных установлений, подлежат пересмотру издавшими их органами и должностными лицами, в установленном законом порядке.

Решение Конституционного Суда РФ о толковании Конституции РФ может стать основанием для судебного обжалования (в судах обшей юрисдикции и арбитражных судах) правовых актов, решений и действий, если при их вынесении компетентные органы и должностные лица руководствовались неправильным пониманием конституционных установлений.

От толкования Конституции РФ следует отличать конституционное истолкование, т. е. выявление конституционно-правового смысла закона или иного правового нормативного акта на основе выявления их соответствия установлений Конституции РФ с учетом ее высшей юридической силы.

В конституционном праве действует презумпция конституционности любого правового акта и добросовестности издавшего его органа или должностного лица, если противное не будет доказано в соответствии с установленным Конституцией РФ и законом порядке.

В данном контексте под конституционным истолкованием следует понимать придание закону или иному проверяемому нормативному правовому акту смысла, соответствующего требованиям Конституции РФ, имея при этом в виду, что такая интерпретация соответствующего нормативного акта становится обязательной для судов и иных правоприменителей вопреки их практике. Только в такой интерпретации содержание закона или иного нормативного правового акта гармонизируется с Конституцией РФ. В этом случае речь идет о казуальном толковании Конституции РФ Конституционным Судом РФ, которое осуществляется в порядке абстрактного и конкретного нормо- контроля и находит выражение в итоговых решениях Конституционного Суда РФ.